Данил Корецкий - Оперативный псевдоним

Его облик настолько контрастировал с окружающим великолепием, что мог

служить наглядной иллюстрацией к рубрике "Два мира, две судьбы", которой

в былые времена советские газеты приколачивали к позорному столбу исто-

рии гнойные язвы капитализма. Сам Сергей об этом не думал - у него было

предельно конкретное мышление, касающееся лишь того, что заботило в дан-

ную секунду. Сейчас он беспокоился, вернулась ли Тонька - в противном

случае в дом не войти: ключ у него изъяли неделю назад. Да теплилась на-

дежда, что удастся чего-то подкалымить в чебуречной у Рубена.

Доковыляв до Богатого спуска, Лапин свернул вниз и уже через квартал

оказался в купеческом Тиходонске начала века. Тогда спуск упирался в

грузовые причалы, тут разгружали сухогрузы с лесом, зерном, табаком и

мануфактурой и загружали баржи мукой с Парамоновской крупорушки, сигаре-

тами с Асмоловской табачной фабрики, овощами, вяленой рыбой. Здесь всег-

да можно было подработать или, на худой конец, украсть, потому переулок

и прозвали Богатым. О разновидностях промысла тех времен красноречиво

говорили названия коротеньких улочек и проулков: Соляная, Табачная, Ма-

нуфактурный... Прилегающий к причалам район окрестили Богатяновкой, и,

хотя порт давно перенесли в другое место, название сохранилось. Сохрани-

лось в первозданном виде и все остальное: обветшавшие вконец одно-,

двух-, редко трехэтажные домишки с приспособленными "удобствами", соот-

ветствующее жилому фонду население, лихие обычаи и нравы. Одно слово -

Богатяновка!

У Рубена посетителей почти не было: за угловым столиком трое местных