Данил Корецкий - Привести в исполнение

лютивную часть: "Меру пресечения оставить без изменения - подписку о не-

выезде".

Нервное это дело - ожидать, как тебе судьбу определят - орлом или

решкой. Когда привезли на суд в автозаке, тут, по крайней мере, ясно -

не выпустят. Не потому, что нельзя - нынче все можно, а потому что про-

курор со следователем уже как могли перестраховались, и, если бы сущест-

вовала хоть крохотная такая возможность, они бы и не подумали с арестом

затеваться. Так что сиди спокойно и жди, тем более оно примерно извест-

но, сколько отвесят.

Другое дело приговор областного суда или, скажем, Верховного. Тут ме-

лочевкой не занимаются, и здания поприличней, и конвой другой - не при-

вычные милиционеры, а сторожкие солдаты из внутренних войск. Но главное

в другом - здесь могут произнести слова, от которых у самого бывалого

зэка желудок опускается: "К смертной казни". И в зале - тишина, и наруч-

ники на завернутых назад руках, и раскаленный или перемороженный автозак

под мигалкой и сиреной, а вокруг кругами: "к расстрелу", "вышака", "на

луну отправили"... Вот тут уж равнодушных не остается. И дело не в конк-

ретном приговоренном, не о нем спорят профессора, не его защищают из-

вестные писатели, лауреаты госпремий и активисты общества "Международная

амнистия". Дело в самом принципе: имеет ли право государство лишать жиз-

ни своего гражданина? Этично ли это? Гуманно ли? Цивилизованно ли, нако-

нец?

Может ли один человек на законном основании пролить кровь другого?

Или писаные законы не должны нарушать естественных человеческих запре-

тов?