Валерий Митрохин

Йота

Журнальный вариант

В углу зимнего сада, на пятиугольнике возвышения,

обтянутого бордовым импортным войлоком, наигрывал

провинциальный джаз-банд. За небольшим роялем

импровизировал, стоя на полусогнутых, длинный, круглолицый

парень. В кругу местных музыкантов считалось шиком лабать

вот так, не присаживаясь. Законодателем шика был этот самый

парень - Валек, волею судьбы занесенный в курортный

городишко из каких-то столиц и больших оркестров и легко

прижившийся на периферии. В ресторане "Чайная роза" птицы

такого полета никогда не задерживались, потому лабуха Валька

тут ценили и прощали некоторые его наклонности.

Валек присел перед клавиатурой, дал волю пальцам.

Ударили барабаны, вступили духовые. С жиги - лучшей вещи

Валька - всегда начиналась в "Чайной розе" активная часть

вечера. Пребывающий до этого в лирическом оцепенении зал

ресторана ожил. Зимний сад стал наполняться танцующими...

Массивный, с бычьей шеей и широкой приветливой улыбкой на

морщинистом лице, одетый с иголочки мужчина поднялся из-за

столика и руками, благородно блеснувшими золотыми запонками

в манжетах, приветствовал маленький голосистый оркестр. А

когда перед ним возник серенький, низкорослый официант, он

распорядился добродушным баритоном:

- Лабухам - трио шампанского, и с бригадира глаз не

спускать.

- Заказ принят, - ответил официант и через минуту с тремя

бутылками "Нового света" уже стоял перед бордовым

пятиугольником.

Кончилась жига. Валек махнул оркестру, чтобы продолжили

без него, и вышел в подсобку. Зеленый снаряд в его руках