Валерий Митрохин

зашипел и выстрелил бархатисто-коричневой пробкой. Валек

опрокинул содержимое в высокий фужер, стал жадно пить. И,

пока не управился, никак не реагировал на незнакомца,

замершего в дверях подсобки. Переведя дух, осведомился:

- Чего надо?

- Мне понадобятся твои шляпа и плащ, - ответил незнакомец

и, пройдя в глубь подсобки, присел у стола, не спуская глаз

с застывшего в столбняке Валька.

- За сколько просишь? - наконец нашелся Валек.

- Будешь доволен, - ответил бледный, заметно нервничающий

гость.

- Вообще-то я не собираюсь продавать одежу. С чего ты

решил, что мне ни плащ, ни шляпа не понадобятся? Здесь хоть

и субтропик, все ж таки январь. Приходи в апреле. Может, и

столкуемся.

- В апреле поздно будет, - ответил гость, продолжая

гипнотизировать Валька.

- Ты что, болен? Простыл? Курточка на тебе больно не по

сезону. А у моря сыро. Выпей шипучки. И топай, - все

больше веселея, говорил Валек.

- Не могу я уйти. Я пришел, чтобы предупредить кое о чем

и взять у тебя плащ и шляпу.

- Плащ и шляпу за предупреждение? Да ты знаешь, во

сколько они мне обошлись? Да ты знаешь, что эти плащ и

шляпа того же фасона и покроя, что носит Челентано...

- Цена этим тряпкам и в самом деле велика, Валек.

- Какая же?

- Твоя жизнь.

- Ты! - Валек расхохотался, снова налил себе вина, но,

отпив глоток, нахмурился. - Дошло! Ну, конечно же, тебя

прислал Морфий. Решил таким образом поизгаляться. Так вот.

- Валек схватил гостя за отвороты легкой куртки и, дохнув

безвольной яростью, театрально воскликнул: - Передай ему,

что я не согласен! Работать на него не хочу и никогда не