Андрей Молчанов - Брайтон бич авеню

семей...

Это уже потом лихая преступная Одесса, мудро выселенная с

благословения милицейских властей, нагрянула сюда из Союза,

обжилась и обстроилась, заселилась в пустующих домах и,

окрепнув, погнала цветных прочь, в глубь Бруклина, отодвинув

их, впрочем, не очень-то и далеко, до параллельной Брайтону

Нептун-авеню, на задворки района, однако несомненно отвоевав

всю его прибрежную часть. Ездили по Брайтону во времена битв

загорелых одесситов и черных аборигенов ребятки на мотоциклах и

прицельно били цепями "мэстных" на тротуарах, и те постепенно

отступали перед беспримерной наглостью и напористостью

пришельцев.

Редко мелькнет ныне на Брайтоне черный, не его это район,

хотя давно уже стал Брайтон лоялен и от расизма далек. А уж

кого вовсе не трогали - корейцев, все овощные лавки как были

их, так их и остались, даже занюханный супермаркет "Met Food"

на углу Оушен-Парк-Вей процветает, но корейцы, во-первых, еще

те мафиози, а во-вторых, здорово в новых условиях обрусели,

кроют матом, мешая его с английским, а русский воспринимают как

должное при общении с покупателями. С кем поведешься...

Семен Фридман отпустил ногу с педали тормоза и тотчас

пришпорил рвущийся вперед "кадиллак", продвинувшись в пробке

едва ли на корпус машины. С лязгом и грохотом, осыпая тротуар

оранжевой россыпью искр, притормозил наверху, на эстакаде поезд

- то ли экспресс "Q", то ли тихоход "D", идущие в Манхэттен.

Сколько раз ездил Фридман этим маршрутом, сколько раз...

Вспомнилось: утренний морозец, пронизывающий февральский