Анатолий СТЕПАНОВ

УСНУВШИЙ ПАССАЖИР

Сначала заныло колено, заныло сильнее обычного, но терпимо. Лишь

тревожило, не прерывая сон. Во сне он убаюкал ногу и вновь растворился.

Ненадолго, правда. Судорога жестоко переплела пальцы на той же ноге, и

боль с окаменелостью поползла от ступни к икре. Надо было ходить. С упрямо

закрытыми глазами он спустил ноги на ковер и, всем телом наваливаясь на

совсем уже не свою ногу, изобразил ходьбу на месте. Сидя. Не помогло. Он

встал и окончательно проснулся.

Уже не пьяный, но еще не трезвый, он, сильно хромая, бродил по

обширной спиридоновской квартире, не желая признавать ее уют. Бессловесно

ругая себя, жалел себя же. Сингапур, видите ли, ему понадобился. Что он не

видел в Сингапуре? А так хорошо было дома с Лидкой у милого Черного моря.

Нет, сорвался, как молодой, на безответный вызов дружка старинного, козла

старого Альки Спиридонова. Ну допустим, надоело в безделье и с Лидкой один

на один, ну понятно, никогда не был в этом хваленом капиталистическом раю,

ну захотелось, как мистеру Твистеру, увидеть мир, но зачем же надо было

вчера так надираться с еще одним дружком, Романом Казаряном? Тому хорошо,

дрыхнет вовсю, а встанет - опохмелится и снова спать. А ему - дальняя

дорога в таком состоянии.

Вдруг понял: судорога ушла. Остановился, опасливо пошевелил пальцами

проклятой ноги. Вроде порядок. Только не думать, что порядок, а быстрее,

быстрее в душ, под теплый мелкий дождичек.