что Толстяк воткнул ее в глаз Пино. Он вежливо извиняется, а старина Пино
бежит к умывальнику промыть зенки. Толстяк же продолжает демонстрацию.
- Что происходит?- спрашиваю я.- Берю, ты чего, завербовался на сейнер?
Он кладет удочку на пол, подходит к своему столу и с величественным видом
берет с него отпечатанный на машинке формуляр.
- Вот куда я вступаю!- гордо заявляет он. Формуляр является просьбой о
приеме в "Прекрасную Утреннюю Галлию" - общество рыболовов, полностью
посвящающее себя Сене и ее притокам.
- Они двенадцать раз были чемпионами Франции,- уверяет Толстяк.- И чуть
не получили приз в Мельбурне в категории ловли на мушку.
- Лично ты мог бы сделать себе имя в категории навозной мухи,- смеюсь я.-
Ты мог бы стать королем макрели в винном соусе и получить столько медалей,
что стал бы похож на портрет Геринга.
- Не мели чушь!- отрезает Толстяк.- Все равно я сделаю то, что решил.
Я спешу дать задний ход, чтобы не портить ему радость.
- Я ничего не имею против рыбалки. Уж лучше ловить пескарей, чем скупать
соль в надежде сделать из нее защиту от радиации!
Толстяк садится перед формуляром и начинает его заполнять, посасывая
конец шариковой ручки. Постепенно его губы приобретают трогательный цвет
волны южного моря. Он доходит до графы "Особые приметы".
Подозвав меня, он указывает на пустую строчку и спрашивает:
- Чего мне написать?
Его голос звучит трагически, как сигнал SOS горящего танкера.
Вопрос действительно заслуживает того, чтобы остановиться на нем. Особых
примет у Берю столько, что полное их перечисление потребовало бы столь же
Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>