Леонид Бородин

Женщина в море

Море действует на меня атеистически, и с этим

ничего не поделаешь. Мне не нравится такое воздей-

ствие, мне бы хотелось обратного, мне бы хотелось.

чтобы в душе рождался восторг - источник возвы-

шенных чувств, или на худший случай ужас - так

тоже душа бывает ближе к божественному вдохнове-

нию, но ничего подобного; в душе моей тоска, близ-

кая к цинизму, самому бесплодному состоянию

чувств, и я в отчаянии от безуспешности настроить

себя хотя бы на романтический лад, в том был бы

прок, но нет прока от моего добросовестного созерца-

ния моря, и я холодно говорю себе, что вот ее

сколько, этой мертвой стихии, из которой, по моему

воображению, никак не может родиться Афродита,

а тридцать три богатыря и триста богатырей могут

утонуть, исчезнуть в ней, но никак не возникнуть из

нее.

Чудовище, задушившее Лаокоона с сыновьями,-

вот это уже ближе к моему воображению. Из этой,

тупо хлещущей о берег материи может возникнуть,

явиться какой-нибудь ихтиозавр или циклоп, то есть

непременно нечто чудовищное по форме и нелепое по

содержанию, поскольку нелепо само существование

столь огромной однородной массы материи, имити-

рующей бытие, а в действительности имеющей быть

всего лишь средой обитания для кого-то, кто мог бы

при других условиях быть чем-то иным, возможно,

При всем том, странно! я не боюсь моря, я его

совершенно не боюсь. Увы, я очень немолод, если не

сказать печальнее, да, я немолод, и у меня нет ни

сил, ни времени на искушения, коими полны мои

чувства, когда смотрю на море. Слишком поздно свела