меня судьба с морем, даже не свела, а так, провела

около . . .

С пирса я кидаюсь в волны, плыву под водой,

выныриваю, выплевываю горько-соленую воду, рас-

кидываю руки и лежу на воде, а волны что-то проде-

лывают со мной: голова - ноги, голова - ноги, но

я не могу утонуть, я не верю, что могу утонуть; пусть

не омулевую бочку, пусть что-нибудь посущественней,

и я пошел бы от берега в самое сердце, в самое нутро,

в безграничную бессмыслицу этого неземного бытия.

чтобы вокруг меня был круг, а я в центре круга.

и пусть бы оно убивало меня, оно, море, убивало бы,

а я не умирал...

Я боюсь змей и вздрагиваю от паука на подушке.

но чем выше волны, тем наглее я чувствую себя по

и отношению к морю, этому вековому, профессиональ-

ному убийце, а наглость моя - это нечто ответное на

вызов стихии, и вдруг понимаю я всех моряков и мо-

репроходцев и догадываюсь, что, кроме жажды новых

земель и прочих реальных оснований, руководило ими

еще и чувство дерзости, которое от гордости и совер-

шенно без Бога. Это потом опытом постигается

страх, и как всякий страх перед смертью, морской

страх справедливо апеллирует к Богу, и тогда, лишь

тогда запускается в глубины Посейдон...

Вот оно плещется у моих ног, пенится, вздыблива-

ется, расползается, но все это лишь имитация бы-

тия. Море столь же безынициативно, как скала, как

камень, как самый ничтожный камешек на дне. Ветер

треплет водную стихию, как хочет или как может,

в сущности, это все равно, что пинать ногами дохлую

кошку... Но отчего же печаль, когда пытаешься

считать волны, сравнивать их или берешь в руки

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>