Братья Вайнеры

Завещание Колумба

...Мир вокруг меня был объят серой пеленой, и я знал

твердо, что за дымно клубящимся сводом - сон, а здесь,

внутри бесплотного шатра, за которым плыла нереальность,

здесь была явь. Был гладкоструганый сосновый стол, тонкий

чайный стакан, над которым я постепенно сдвигал дрожащие от

напряжения ладони, - и стакан оживал, еле заметно начинал

двигаться, и когда ток крови с ревом зашумел во мне, стакан

оторвался от стола и повис в воздухе...

Стакан висел, удерживаемый только моей волей, и ощущение

необычайного счастья, чувство огромной внутренней силы

затопило меня, я вспомнил название, имя этой силе и закричал

освобождение - телекинез!!! - и стакан ерзливо выскользнул

из моих разомкнутых ладоней и с пронзительным звоном полетел

вниз, разлетаясь на куски еще до того, как ударился об пол и

выбросил меня из моего отчетливого убежища яви в мутную

облачность сна, и только непрерывный звон сопровождал меня

на всем долгом пути, пока я плыл наверх через бесконечную

толщу видений из своего затопленного батискафа яви, где я

владел волшебной силой телекинеза.

И, не открывая глаз, чтобы не разрушить в себе это

ощущение необычайного дара, а только оторваться от назойливо

звенящей цепи сна, я поднял телефонную трубку и сказал

шепотом:

- Слушаю.

В трубке засипело, чавкнуло, и далекий, измятый помехами

голос вполз в ухо настырно и щекотно.

- Тихонов? Это ты, Стас? Стас, это ты? Это Лариса с

тобой говорит.

- Кто? Какая Лариса?

- Лариса! Коростылева! Николая Ивановича дочь. - И