Дональд ГАМИЛЬТОН

шоссе поздним вечером со скоростью реактивного снаряда. У выезда из города

мы заметили другой красно-синий сигнал. Это была скорая помощь, выехавшая

к месту аварии. Мой шофер быстро нагнал ее, поровнялся и замедлил ход,

мешая движению.

Это было хорошее соревнование с каждой стороны, но когда мы приехали

к месту аварии, я понял что дела обстояли неважно. Тут уже находились: две

государственные машины и несколько других машин, множество народу, - эти

люди оставили свое попечительство, когда мы прибыли, поскольку ничего не

могли сделать для нас. Гонка была выиграна человеком на серой лошади.

Теперь все они с интересом наблюдали как горит каддилак.

Мы сделали круг и припарковались на противоположной стороне шоссе,

где уже стояли другие полицейские машины. Один полицейский подошел ко мне,

когда я вышел из машины.

- Мистер Коркоран? - спросил он. - Мои соболезнования.

- Где она? - спросил я.

- Пройдите вниз, - сказал он. - Ее выбросило из машины. Если бы у них

не было прицепных ремней...

Я сказал:

- Я знаю гораздо лучше остаться в машине. В особенности, когда она с

открытым верхом, тент этот, скатывается и горит как факел.

Полицейский рассерженно оглянулся. Мы подошли к указанному месту...

Там стоял полицейский, а на земле лежало тело накрытое простыней.

Человек, который привел меня, сказал:

- Лучше сразу предупредить вас... да, она шла под девяносто, и не

заметила поворота.

Я наклонился и откинул простыню, посмотрел. Накинув простынь на себя,

сделал несколько шагов и остановился глядя на что-то блестящее в траве.